О себе|Галерея|Фотообои|Школа|Отзывы|Блог|Связь
Иван Белов

Куба. Остров свободы  |  По Кубе на велосипеде. Часть 4.

Как отмечает капитан повстанческой армии Антонио Нуньес Хименес в своем учебнике по географии Кубы «Вот моя страна», написанном в 1961 году, остров по форме напоминает каймана. Вкратце рельеф можно охарактеризовать как разнообразный. По южному и северному побережью – в основном, равнины, в центральной части с запада на восток тянутся невысокие горы. Провинция Пинар-дель-Рио (в западной части острова) известна своими карстовыми горами-останцами. Еще там есть огромные пещеры. И табачные плантации. Я туда не поехал, поскольку не курю, к тому же меня больше привлекала восточная часть острова со знаменитыми горами Сьерра Маэстра. Центральная автомагистраль – автописта – ничего интересного собой не представляет, к тому же сравнительно сильно загружена. Оставив ее поклонникам матрасного десятидневного отдыха-allincluded, я отправился по второстепенным и третьестепенным дорогам, которые, нужно сказать, сохранились в неплохой форме. Некоторые из них, пролегающие по самому побережью океана, оказались частично смыты и разрушены, впрочем, мне с моим транспортом это не доставляло проблем.

Полуостров Сапато (по-русски - ботинок) назван так благодаря своей причудливой форме. Эдакая Италия без голенища. Здесь много болот, есть ферма, где разводят крокодилов, деревня индейцев Таинос (не настоящая, индейцы тут не жили, болото все-таки!) и огромное количество комаров и белых цапель. А еще сюда в 1961 году пытались высадиться американские наемники, чтобы сделать на Кубе переворот. У них ничего не вышло, к позору ЦРУ и гордости революционного правительства. На юге полуострова есть чудесные пляжи, Плайа Ларга и Плайа Хирон. На них расположены что-то типа турбаз, цены, как мне назвали, $5 за ночь. До сих пор жалею, что не остался там на пару дней. В дальнейшем подобные замечательные песчаные пляжи я встречал только лишь на северном побережье, но там больше туристов, поэтому цены в двадцать раз выше. А если спать поодаль от отелей – заедают комары.

Кубинские комары произвели на меня, пожалуй, самое яркое впечатление. Я думал, что у нас на Керженце много этих тварей. Оказалось, ошибался: есть в мире места, где их больше. При этом кубинские москитос умеют летать против ветра, проникать в закрытую палатку и в течение шести секунд покрывать сплошным черным слоем незащищенный участок тела. Днем, когда комары прячутся от жары, вахту держит мелкая мошка. Кусается не хуже таежной, зато в несколько раз мельче – практически не видна невооруженным глазом.

Но настоящая жизнь просыпается лишь с заходом солнца. Вот под ногой кто-то зашевелился – это рак-отшельник выбирается из своей песочной норки. Рядом с кусочком жареного банана, выпавшего из моей сковороды, собираются на пир тараканы. Точь-в-точь такие же, как в наших панельных домах. Когда-то давно, ночами, между упражнениями по английскому, я шел на кухню что-нибудь съесть, включал свет - от лежащей на столе горбушки хлеба врассыпную бросались тараканы всех мастей. Длинные рыжие, круглые коричневые и маленькие черненькие. Я тогда еще радовался, что они хотя бы не летают (крылья вроде бы есть). Так вот, кубинские тараканы – летают! Парят, можно сказать. При этом, как правило, приземляются вам на рукав или на спину. В первую ночь я плохо закрыл палатку. Потом всю ночь во сне и наяву ловил руками тараканов.

В городах живут гигантские тараканы – плага, как их называют местные. Они величиной с палец, черные, быстро бегают, жрут все, что не камень, и вдобавок переносят разную заразу. Каждый месяц (а в некоторых местах – еженедельно) проводится массовое истребление плаги. В домах даже висит бумажка наподобие расписания, где проставляют отметки о проведении очередной чистки. Люди со специальными приспособлениями, внешне напоминающими бластеры (на самом деле это что-то типа дизельных двигателей с длинной выхлопной трубой), ходят из дома в дом и едким синим дымом травят насекомых. После по улицам валяются раздавленные тараканьи трупики. А ведь где-то их едят!!!

Первые две недели мне постоянно казалось, что кто-то ночами ходит вокруг палатки. Это был ветер, шум прибоя. Или свиньи. В первую ночевку кто-то скрипел вокруг меня суставами. Среди ночи я проснулся. Открыл глаза. И чуть не умер от ужаса. Взошла полная луна; на светлом фоне палатки обрисовывался черный силуэт гигантского черного паука, висевшего в десяти сантиметрах от моего носа…

Минуты через три я нащупал фонарик, который валялся где угодно, но не там, куда я его клал вечером. Это был большой белый краб. Он решил заночевать прямо надо мной, между тентом и внутренней палаткой (палатка у меня одноместная, в форме ангарчика, с низким потолком). Секунду спустя краб отправился в межгалактическое путешествие.

Другой ночью, в горах, было еще интересней. Я только что поужинал жареной малангой (индейский корнеплод, 50 сентаво за фунт) и решил перед сном подышать свежим воздухом. Нашел в небе большую медведицу, определил, что север где-то там, за горизонтом, порадовался, что буква W здесь выглядит как M, бросил взгляд на ближайший куст. А там – два зеленых светящихся глаза! Из оружия у меня был только складной ножик да алюминиевая ложка. Тогда я впервые в жизни пожалел, что не беру с собой в поездки топор. Один глаз моргнул и исчез. Я вспомнил, что пару лет назад в Слюдянке нас испугала обычная кошка, которая пошла в поле ловить мышей. У нее горели глаза, когда на нее направляли фонарик. Но ведь у меня фонарь выключен! Некоторое время спустя зеленые огоньки зажглись повсюду. Это были светлячки, летающие. Чарующее зрелище. В полной темноте то тут, то там медленно кружатся зеленые искорки. Они повсюду – вверху, внизу, впереди, слева, под ногами. Они то вспыхивали, то гасли в полете, будто падающие звезды. Это нельзя описать, это нужно видеть…

Вообще, ночь в моей поездке было особенным временем. Она длилась с шести вечера до семи утра. Кромешная тьма. Звезды на небе непривычно перевернуты. Слева и справа на несколько километров - ни души. Впереди гремит океан. Неведомая и враждебная стихия. Живая, населенная неведомыми существами. Было жутко подходить к воде, умываться, споласкивать тарелку. Каждая седьмая или девятая волна так и норовила утащить за собой. Как-то я поделился своими страхами с местными рыбаками. Они подтвердили – даже и не думай ходить купаться ночью: в это время на охоту выходят мурены, скаты и акулы. Могут покусать.

Костер я разводил всего пару раз – чтобы не привлекать внимание окружающих. Готовил на бензиновой горелке. Как правило, жарил родственников картошки, которых там насчитывалось огромное количество – папа, юкка, маланга, бониато, зеленые бананы, пару раз – подаренную рыбаками рыбу. Варил какао и макароны с тушенкой и кубиками галина бланка. Запивал все ромом с колой или разведенным водой соком. Одним словом, проблем с едой не было. Как-то повстречал велосипедиста из Австралии. Бедняга был увешал сумками, сумочками и рюкзаками больше, чем таджикский ишак. Оказалось, он прочитал, что на Кубе нечего есть. Поэтому всю провизию на трехнедельное путешествие взял с собой из Мельбурна …

А вот с фруктами мне не особенно повезло. До моего приезда на Кубе побывали подряд три урагана, они унесли с собой большую часть урожая. Так что мне едва хватило. Впрочем, почти всю местную экзотику попробовал – и ананасы за 8 рублей штука, и гуайваву (так здесь называют гуаву) рупь за полкило, и кокосы, и даже какой-то фрукт, напоминающий каштан-переросток. Правда, есть его было невозможно, наверное, он еще не успел как следует созреть. Зато его с удовольствием съел проходящий мимо поросенок. В горах росли апельсины – жутко сочные и напоминающие вкусом грейпфрут. И ни одного спелого банана! Как ни искал по колхозным плантациям – видимо, их моментально кто-то съедает. Даже намека на спелый банан не видел. Угощать – угощали, но вот чтобы самому, прямо с дерева (в смысле – с куста… ну или как его назвать?) не удалось. Ладно, будет что попробовать в следующий раз.

© 2013 Иван Белов, photo-z@ya.ru